ДОДЗЁ
Существует бесчисленное множество тренировочных залов для занятий восточными боевыми искусствами. Однако лишь немногие из них могут назы¬ваться додзё. Более часто употребляемые термины «студия» или «спортивный зал», подходят им гораздо больше. В этих заведениях обучают лишь внешней стороне искусства, не понимая и не пытаясь передать его сути. В этом ничего плохого нет, поскольку обычно ученик такой школы интересуется только изменением своего тела. У него нет никакого желания изменить свою лич¬ность.
Слово додзё (буквально можно перевести как «путь-место») подразумевает, что это то место, где ученики попытаются постичь конечную реальность вы¬бранного ими искусства. В школе обучают техникам, то же самое делают и в додзё. Но в додМ.техники^ассматриваются только лишь как средство. Техни¬ками необходимо овладеть, но это только начало, а не окончание учебы. Цель школы в том, чтобы научить человека чему-то новому; цель додзё—трансфор¬мировать самого человека в нечто новое. Школа учит, как убивать; додзё учит, как умирать. Член додзё не ищет драки, как не ищет он и способ уйти от драки. Он пытается выйти за этот уровень и понять саму суть конфликта.
Хотя начальная тренировка и в школе, и в додзё идентична, цели и методы ее различны. В школе есть учитель и ученики; в додзё мастер и его последовате¬ли. Ученик посещает занятие для того, чтобы получить новые знания; после¬дователь (дэси), посещает занятия, чтобы подвергнуться духовной трансфор¬мации. И первая стадия этого процесса заключается в том, что ученик стано¬вится дэси. Предполагаемый дэси, прежде чем он будет принят, должен проде¬монстрировать должное отношение (нюнансин). Это означает, что его дух должен быть гибок и пригоден к формированию в додзё. Чтобы стать дэси, необходимо подчинить свое эго мастеру, сэнсэю. В сущности это значит: «Вот я. Делайте со мной все что угодно».
Правильное додзё должно быть пустым и функциональным. Отражая опре¬деленное влияние дзэн-буддизма, красота в додзё достигается не присутствием вещей, а их отсутствием. Додзё не церковь, но имеет много черт, характерных для религиозного института. Это не гимнастический зал, но на первый взгляд физические упражнения покажутся основным видом деятельности в додзё. Это не казармы, но дисциплина здесь подобна армейской.
Дисциплина, вероятно, является самым большим различием между современной школой и традиционным додзё. Современная школа делает множество уступок ученикам в расписании занятий и методах тренировки, в додзё отсутс¬твует такая гибкость —дэси приспосабливаются ко всем требованиям. Жест¬кая дисциплина делает процесс монотонным и безличным.
Каждый квадратный дюйм пола в додзё имеет определенное старшинство относительно каждого другого квадратного дюйма и относиться к нему нужно с должным уважением. Дэси не позволяется занимать ту часть додзё, которая не соответствует его уровню. Это переносится и на взаимоотношения между дэси, поскольку у двоих никогда не может быть один и тот же уровень. Дэси внимательно выбирает место по отношению к другим и никогда не помыслит о том, чтобы сидеть в том месте додзё, которое не соответствует его уровню. Он смотрит на старшего дэси и выбирает место на татами, которое соответствует его положению.
И одежда и поведение должны быть безукоризненны, как внутри, так и вне додзё. Нормой считается идеально чистая тренировочная одежда в додзё и консервативный костюм на улице. Все, что не соответствует этому, считается признаком неряшливого и недисциплинированного духа. Тренировочная одежда должна быть исключительно тренировочной одеждой. Если человек носит слишком яркую или украшенную более чем необходимо одежду, то это считается признаком эго, а эго — это именно то, что дисциплина пытается уничтожить.
Сэнсэй не столько учитель, сколько проводник. Слово сэнсэй буквально переводится как «родившийся раньше». Это означает, что сэнсэй уже был там, 'куда ученики только пытаются добраться. И его задача как канте (главы додзё) проследить за тем, чтобы последователи продвигались в правильном направ¬лении. Он только указывает правильный путь; само путешествие совершает дэси. Хороший сэнсэй производит впечатление не тем, что он делает, а тем, что он мог бы сделать. К нему, с пугающей интенсивностью излучающему волю, не допустимо небрежное отношение. И хотя сэнсэй ни при каких обстоятельствах не будет требовать уважительного к себе отношения, его старшие последова¬тели будут на этом настаивать. Они расценивают малейший признак фамиль¬ярности по отношению к своему сэнсэю как личное оскорбление и реагируют соответствующим образом. Они это делают не ради того, чтобы выказать свое почтение сэнсэю (тот, скорее всего, предпочел бы, чтобы все немного рассла¬бились и вели себя более естественно). Дэси знают, что поклон сэнсэю —это духовное упражнение для их собственного блага. Они также знают, что слабая дисциплина сделает додзё слабым. (В традиционном додзё возможен один-единственный случай, когда пожелание сэнсэя можно не выполнить: когда он дает распоряжение больше не кланяться, дэси должен ответить: «Да, сэн¬сэй!» — и сделать глубокий поклон.)
Даже сэнсэй занимает только второе положение по отношению к алтарю додзё (синдза). Независимо от того, большой он или маленький, простой или украшенный, он занимает самое главное место в додзё. Все додзё без исключе¬ния имеют алтарь, и к ним всегда относятся с большим уважением. Подобно мечу самурая, это не просто вещь — синдза представляет собой душу додзё. Независимо от того, насколько велик человек, синдза является постоянным напоминанием о том, как далеко ему еще идти.
Когда вы объедините все это вместе — дисциплинированное поведение дэси, сэнсэя и физические характеристики додзё, — вы получите весьма и весьма особенное место. Оно может показаться пугающим для неофитов, но для старших учеников додзё становится притягательнее самого сильного нар¬котика. Для таких дэси додзё становится всем. Это место великой чистоты и великого насилия. Добавьте к этому смирение и огромную власть. Вы можете увидеть все это в отдельности и в других местах, но только в додзё—совокупно, единовременно и в одном человеке. Несколько часов в неделю лишь сотая доля дюйма отделяет дэси традиционного додзё от калечащих травм или даже смер¬ти. Во время обычного занятия психологическое напряжение настолько ин¬тенсивно, что его можно почувствовать физически. Возникает такое ощуще¬ние, будто воздух заряжен электричеством, выжигающим человеческое эго и превращающим дэси в нечто иное — одновременно пугающее и прекрасное.
Что же за люди эти дэси? Это жесткие люди. В традиционном додзё нет ; детей — изучение смерти не для незрелых, нет здесь ни дилетантов, ни мечта¬телей. Вы найдете в додзё людей (среди которых множество профессионалов) I из всех слоев общества: военные офицеры и инженеры, бизнесмены и поли¬цейские, все это люди, которые живут с силой и понимают ее ценность.
И дело не в том, что дэси по сравнению с учеником делает другие вещи — он их делает по-другому. Ученик школы самообороны учится техникам, чтобы сражаться. Последователь додзё идет гораздо дальше этого. Он так глубоко погружается в свое искусство, что его эго тонет. Ученик берет, а дэси отдает. Он отдает до тех пор, пока не остается ничего, кроме пустой оболочки. На этой стадии сражаться или не сражаться становится одним, и тем же. Затем, не замечая этой трансформации, он становится сэнсэем, мастером своего соб¬ственного додзё. И затем он просто сидит, ничего не делая, со странной и ужасной красотой.
("Путь и сила")

Вообще то в русском языке нет аналога этого слова, поэтому (и не только поэтому) каждый в него вкладывает свое видение. Иногда заходя в чужое додзе сразу ощущаешь чем занимаются и как занимаются в этом месте. Додзе пропитано энергией и намерением занимающихся в нем.
Но реальность такова что не каждый может позволить себе иметь отдельное помещение, в котором будут заниматься только они. Чаще даже наоборот. Обычно это либо спортзал школы или спортзал в котором занимаются еще очень много других груп, секций и школ. Несмотря на это когда заходишь в этот спортзал ты становишься другим, и зал для тебя становится Додзе. Это несомненно оставляет отпечаток на этом месте
Тоже могу сказать и про тренировки на природе. Любое место, где ты постигаешь путь становится Додзе для тебя, если ты этого захочешь.

Камрады ! одно замечание....
всетаки "Путь и силу" Ловрета все читали и может не будем ее здесь еще раз выкладывать по кускам?! А?!

о, спасибо
я как раз хотела спросить что это за книжка и кто автор

Посмею не согласиться, Рюмон, сюда заходят разные люди и кто то не читал книгу, а прочитают отрывки, глядишь заинтересуются, как Ксюха

Правильно! Книга действительно хорошая. Если, правда, копнуть чуть глубже, то 80% книги (в части о стратегиях) - это "Книга Пяти колец" Миямото Мусаси. Но Ловрет добавил очень полезную вводную об основных понятиях будо и будзюцу, вводя новичков в "курс дела". Да и язык Мусаси не всем понятен . Единственное, что читать не стоит - так это прослесловие "редактора" из "Софии"... Честное слово, это противно: человек ни с чем в книге не согласен, но ради денег печатает ее, при этом (в этой же книге!) щедро поливая грязью автора, на котором заработал отнюдь не три копейки...

Так что хочешь выкладывать, Chinchaku, выкладывай. Но я бы все-таки посоветовал ее всем приобрести и прочесть (кто этого, еще не сделал). И кстати, где-то она в сети лежит.
А Ксюхе - выговор с занесением в личное тело !